Главное сегодня

09/04/2020 ВСЕ НОВОСТИ
27.01.14 04:25
| Просмотров: 283 |

О чиновниках и их проблеме – блокадниках

Павел Смоляк

От хорошей жизни в чиновники не идут. Если речь не о должности руководителя комитета или района, губернатора или его зама, министра и так далее. Существуют вполне хлебные должности, но к ним пробиться сложно, и они всегда заняты; как известно, у генерала тоже есть свой сын.

Но обычных чиновников, описанных еще Гоголем, в России много, очень много и без них не обходится ни одно ведомство. Думаете, это глава района решает ваш вопрос. Ну-ну. Мужчина на служебной «Ауди» дай бог подпишет ответное письмо, а разбираться во всем будет бедный и несчастный специалист какой-нибудь категории. Человек подневольный, зарплата низенькая и отношение к работе соответствующее.

Поэтому я не обижаюсь на чиновников, которые хотели, как лучше поздравить блокадников, а получилось, как всегда. Честное слово, представьте себя на месте обычного чинуши, чаще это девушка лет двадцати пяти с амбициями и мечтающая о принце на белом коне. Конечно, над ней стоят опытные дамы, но им кажется, что свое они отработали, поэтому чай ходят пить каждые двадцать минут, а если еще курят, то рабочий день протекает от буфета к курилке и обратно. Проза жизни.

И вот, представьте, девочке, которая еще вчера плясала на дискотеке, сегодня объявляют, что «надвигается блокада Ленинграда» и «надо что-то придумать». Ну, словом, приходят три быка в кафе, подзывают официантку: «Сообрази что-нибудь, девочка, водочки там, селедочки…»

Творческая составляющая в техническом задании тяжелым грузом падает на плечи ответственного чиновника. Девочка начинает думать, опытные дамы подсказывают, а начальник примеряет новый галстук в надежде хорошо блеснуть на пресс-конференции рядом с вице-губернатором.

К блокаде все же. О героическом подвиге жителей Ленинграда в городе знают все. Пострадала, так или иначе, каждая семья. Ближе к печальной или праздничной дате начинает. Одни рассказывают о блокаде, как о печальном прошлом, со слезами в конце истории. Другие предпочитают молчать, оставляя в глубине души пережитое в те 900 дней. Третьи пишут книги. Четвертые разоблачают. Пятые тоже что-то делают, например, сочиняют, как отпраздновать печальную дату.

Фронтовик, писатель Даниил Гранин однажды подметил: «Школьница десятого класса, она, задумываясь, ответила, что самый большой у нас праздник это День Победы… И у нее?.. Да, и для нее тоже… Своих праздников у нее нет?.. Увы».

Вот-вот, новые праздники не приживаются да со сценаристами в России очень плохо, поэтому, чиновники сочиняют сами. По мере таланта. Прибегают к помощи интернета, обзванивают знакомых или, листая толстые пачки отчетов, смотрят, как было раньше: все новое – хорошо забытое старое. По сусекам, значит…

Ведь спроси сегодня, что такое «блокада Ленинграда»? – с первого раза не каждый петербуржец ответит. Промямлит что-то. Голод, мороз, хлеб, бомбежки, смерть, голод, голод, голод. Современному человеку, который выкидывает почти целое блюдо, поковырявшись там вилкой секунду-другую (не понравилось), трудно объяснить, что такое голод. Даже фотографии не подействую. Нынче ничему не верят, не увидев своими глазами.

Зная это, подумали чиновники и надумали самое простое: «реконструировать» блокадные дни. А что? Идея, между прочим, неплохая, просто глупо названа, то есть по-чиновьичьи. Я даже представляю ту девочку-чиновницу, которая посмотрела фотографии с реконструкции какой-нибудь битвы, вспомнила себя маленькую в костюме эльфа и «накреативила».

И впрямь: главное, ни как назвали, а как реализовали. Можно было, например, какого-нибудь добровольца на пять дней поместить в прозрачный холодный куб (кубы прошлым летом были модной штукой) и каждый день кормить блокадника кусочком хлеба.

Концепция, впрочем, у чиновников быстро изменилась после протестов некоторых депутатов. Но деньги освоили. За 8 миллионов казенных рублей Итальянская улица на два дня стала «улицей Жизни». Раритетный грузовик, трамвай и кашей, наверное, гречневой кормят. Я не ходил. Надобности нет. Нынешние трамваи недалеко ушли в техническом оснащении от блокадных.

Приятно, что переиздали к случаю и без купюр «Блокадную книгу», правда, там гриф «18+», то есть детям о блокаде знать рано, а не знать – в школе спросят – позор. Такая диалектика. Хотя чему тут дивиться, когда Валентина Матвиенко, бывший губернатор, к прошлой юбилейной дате официально была провозглашена «почетной блокадницей». И блокадники, настоящие, хлопали начальнице.

Мои бабушки, мамина мама и папаина мама, блокадницы. Их, кажется, на официальные торжества не позвали, они не просились. Им вручили в муниципалитетах (даже не уровень города) юбилейные медальки и пообещали три тысячи рублей в качестве подарка. Они, скорее всего, никак не будут праздновать День полного снятия блокады Ленинграда (это старое название праздника, от нового – воротит). Нет такой традиции в доме. Не помню я.

Помню другое. Фронтовики, спроси их, как будете праздновать, молча поднимали рюмку водки, не чокаясь, выпивали и закусывали, если желалось, черным хлебом. Я повторю. И все бы так.