Главное сегодня

15/11/2019 ВСЕ НОВОСТИ
24.10.11 01:35
| Просмотров: 688 |

Чужого не бери, свое не отдавай

Павел Смоляк

Словно Левин из «Анны Карениной», Полина до свадьбы поведала обо всех своих любовниках, с коими лобызалась до меня. Их было настолько мало, что я смеялся, особенно, когда многих из них, случайных кавалеров моей будущей супруги, знал по несколько лет.

Вообще, у Полины до нашего знакомства была опасная репутация доступной женщины. И все, прослышав о нашей свадьбе, крутили пальцами у висков и переубеждали немедля бросить падшую восемнадцатилетнюю девушку. «Она всем дает», - предупреждали, но я сопротивлялся, не веря слухам, доверял себе и своей любимой. Полина спросила меня: зачем нам жениться, точнее – почему она должна выйти за меня, а не, к примеру, за Вадика, к которому тогда питала нежные чувства. «Потому что со мной у тебя будет счастье», - ответил я. Любимая поверила.

Мы не договаривались любить друг друга до смерти. Женщина в загсе лицемерно улыбалась и, как показалось, по-женски предупреждала Полину: «Куда же ты девочка» - глаза не лгали. Я был опытным парнем, шел не впервой. «А почему нам не сказали: «Приходите еще»?» - Полина была искренно удивлена.

Через несколько дней после штампа Полина носилась по помещениям, где пили водку и поздравляли нас, визжала, закатывая глаза: «Я люблю Вадика!» - все коса смотрели на меня, а я пожимал плечами: ну пьяная, ну любит.

Потом играли.

Детская игра расковывает. «Бутылочка» - без обязательств, лучшее, что может придти в пьяную голову, когда десяток взрослых людей думает о групповом сексе, но никто не может сделать шаг: предложить немедленно раздеться. Подумать, поцелуй только на первый взгляд прост и безответственен. На самом деле, с поцелуя все начинается. «Поцеловать? Нет, это слишком интимное. Лучше минет», - сказала мне однажды подруга. В нашей игре мальчики не целовали мальчиков, а девочки радостно касались губами. Полина крутила бутылку из-под водки «Царская», как в казино, жмурилась в надежде поцеловать одну из подруг. Полина азартно целовала Дашу и спустя время, когда горлышко, наконец-то, показывало в мою сторону, с гримасой скуки приближалась ко мне, одарив лаконичным языком, удалялась обратно.

Полину влекло к девушкам. Самые неприятные мысли посещали меня в момент флирта жены с незнакомыми девицами. Полина улыбалась, предлагала выпить, жадно впитывала звуки собеседницы, поедая глазами женское тело. Я готовился, что Полина изменит с мужчиной, но никак не мог себе позволить, чтобы супруга вдруг бросила меня ради женщины, - насытившись изменой, поняв, что там ее настоящая любовь.

В нашей компании одно время болтались два парня. В кафе за общим столом они рассаживались в разные углы, доставали телефоны и писали sms – друг другу. У них были девушки, изредка сопровождавшие их, были разговоры о свадьбе и страстные поцелуи на публике, а потом, видимо, потеряв страх, мальчики сошлись, бросив своих девочек. «Жутковатая история», - произнес я, узнав правду. «Они просто перестали врать», - сказала Марина, мудрая, ей всегда за тридцать.

Лесбийские игры Полины окончила Аня. Усевшись на подоконнике по-турецки, она куриала тоненькую сигаретку, смотрела в окно, и вопрос Полины сначала прослушала. «Что-что?» - ласково переспросила и пожалела затем, услышав снова: «Аня, тебе нравятся девушки?» Аня затянулась дымом, взгляд – стекло. «Она гомофобка», - выдавила Полина шепотом с удивлением в голосе. «А что ты хотела?» - ответил я, поцеловал ее. Забылось.

Этот Гриша появился с ирокезом на голове. «Познакомься с ним», - попросила Полина. «Он панк, они едят из помойных бачков», - пошутил я, не зная, насколько точно прав. Через время Гриша дрался с подобными себе за остатки с моего стола. Полина встречалась с Гришей третий месяц. «Я его люблю», - сказала жена, решая в дорогом ресторане салат на вечер. «А я?» - определился с алкоголем и прочим. «И тебя… тоже», - выбрав, показала пальцем в меню. Любовник моей жены пришел через сорок минут. Он сел рядом со мной, чтобы Полина была напротив нас. Гриша постеснялся выбрать еду, она слишком дорога, сказал. Зато выпил водки, захмелел.

«Ты не зло, что я тебе изменяю?» Мы тряслись в такси. «Это не измена. Мы друг другу не врем», - я показал водителю на место парковки. Гриша озирался в нашей квартире, бегал в туалет – тошнило, возвращался и требовал воды, сбить икоту. Когда мы оказались в кровати, я спросил Полину: «И как?» «У тебя горячее», - она положила свободную руку мне на грудь, а другой еще сильнее сдавила член. Зачем? «Я его люблю», - произнесла тихо Полина, но не о Грише, - тот храпел на другом краю кровати и бормотал сквозь сон: «А-ба-ба».