Главное сегодня

09/04/2020 ВСЕ НОВОСТИ
28.04.11 17:20
| Просмотров: 189 |

Интересная чужая жизнь

Павел Смоляк

Без разбора скупая утреннюю прессу, замечаю преобладание пожилых людей в очереди возле киоска печати. Я протягиваю плату за газеты, где пишут о политике, культуре, событиях, которые могут повлиять на жизнь города, страны или целого мира, а старушки (да, это исключительно женщины) интересуются новыми выпусками журналов, принятых называть «желтыми». В этих журналах (листал, было дело) практически нет текста, одни фотографии известных лиц и подписи к изображениям, типа, звезда боевика изменил жене с гримершей на съемках новой комедии.

Интерес людей, чья одна нога уже в могиле, заведомо ясен. Отжив свое, редкий пенсионер найдет продолжение интересной жизни на старости лет. В самом деле, не все же могут быть Эдуардами Лимоновыми и в 65 лет под камеру ласкать молодых девах, или как актриса Светлана Светличная игриво появляться на публике с мальчиками, которые годятся ей в правнуки. Большинство пожилых людей - одиночки, даже при наличии детей и внуков. У них течет своя жизнь, и порой она скучная и невыразительная. Другое дело – звезды, сосед напротив, мелкий отрок во дворе. Необычайно интересно смотреть кино, сериалы, в окно, а потом следить за кумира на страницах газет или стоить гипотезы, обзавелась соседка мужчиной или нет. Переживать за всех, наконец. Чужая жизнь – тема для разговоров за столом. Нет той старушки, которая не в курсе имени любовника Ксении Собчак, и нет ничего слаще всхлипов: «Какой негодник этот Коля Басков!»

Молодежь, однако, тут же. Ведь что такое чужая жизнь? Чужой жизнью малознакомой девочки интересует мальчик, который имеет виды на предмет обожания. И кто не проводил минуты, листая альбом какого-нибудь знакомого в сети «ВКонтакте». Прогресс, неумолимо врезающийся в нашу жизнь, выводит «Я» одного человека на первое место в жизни другого. Теперь вместо номера телефона девочки пишут на листочке бумаги id в социальной сети. Когда молодая красивая девочка лет семнадцати на листочке в клеточку написала имя и несколько цифр, я невольно, желая добавить ее «в друзья», начал читать ее же интересы, запомнил день рождения, узнал в каком вузе она учится, пристально рассмотрел альбомы фотографий, обрадовался, что у нас нет «общих друзей», вспомнил, бывал ли в ее любимых местах. Напиши она телефон, все было совсем иначе. Мы, наверное, еще раз встретились, а после странички в сети не осталось никакого желания, ее жизнь и привычки мне стали неинтересны, потому что ее жизнь перестала быть чужой, не сулившей ничего нового.

Чужая жизнь порой интереснее своей - надо признать и смириться с этим на первый взгляд неприятным фактом. Не значит, что мне, возьмем за пример, не интересен я. Я, скорее всего, себе надоел. Встречаю себя каждый день, знаю о себе все, самые интимные мелочи, привычки, вкусы. Я сам вряд ли смогу себя удивить, ничего нового я от себя не узнаю. Напротив, блаженство узнать секрет чужого человека. Чужая жизнь – она всегда другая, а все новое – сначала заманчиво и любопытно. А творцу слов и предложений без чужих жизней кранты. Сколько бы литература не досчиталась талантов, если бы какая-нибудь учительница физики, бережно хранившая в сорок лет девственность (а какой секс, если только зациклена на себе?), однажды указала, мол, любопытному на днях, прищемили что-то там в дверях. Или сказала: если интересуешься другими, значит своей жизни нет.

Известные писатели и журналисты стали писать биографии, серия ЖЗЛ глотнула чистого воздуха и начала зарабатывать серьезные деньги, а учебник «Литературная матрица», в котором рассказывается о судьбах писателей, подарили президенту Дмитрию Медведеву, чей зажигающий танец обсуждает все продвинутое население России. Люди презирают самое популярное и веселое издание, названное просто - «Жизнь», тем не менее, все значимые новости узнают именно из него.

Видел и слышал тех, кто интересуется моей жизнью. Моей - чужой для них, но увлекательно интересной. Порой я и сам давал повод следить за собой, любить и ненавидеть, игнорировать и уважать. Их можно назвать поклонниками и незнакомыми врагами, они живут тривиальностью дней, которые не раз призывали на помощь электронные тетради, где на страницах я собственной рукой выводил искрометное «про было». Мне и самому это интересное читать, прошел год или два, глядишь в свой текст, потягивая трагично бокал какого-нибудь «Абрау-Дюрсо», и говоришь новой знакомой: «Смотри, какая интересная чужая жизнь!» Или не говоришь, просто заваливаешь знакомую на кровать и пытаешься повторить, как у того чувака из «про было».